Белая ложь и черные дыры. Как защитить детей от киберпреступников. Разговор с профессором факультета психологии МГУ Галиной Солдатовой

Представьте: вы вышли из дома, прошли пару шагов, а перед вами — ​большой рекламный щит: «Пошаговая инструкция по суицидам». Или: навстречу девочке лет одиннадцати идет мужчина средних лет, который внезапно превращается в ее ровесницу. Девочка не видела момент превращения и весело отвечает на вопрос потенциальной подружки, они увлеченно болтают и идут дальше вместе. В реальности — ​бред, конечно, но в социальных сетях такое возможно. Вспомним «синих китов» и историю 2017 года: ступинский педофил знакомился с девочками 10–15 лет, представляясь то 12-летней Мариной, то 15-летним Сережей. Быстро втирался в доверие, дети с ним откровенничали, а дальше он начинал их шантажировать. Десятки жертв. Как выяснилось, у него, ранее дважды отбывавшего срок за изнасилование детей, в «друзьях» в соцсети оказалось 148 несовершеннолетних.

Журналист из Иркутска Елизавета Старшинова написала недавно об истории, произошедшей в Братске:

«9-летнюю школьницу искали всем городом. Нашли убитой. Маньяка поймали, у него на странице в соцсети подписки на группы <…> не просто порно, там садо-мазо, инцест и прочая грязь… Опасны даже не группы, а те, кто за ними стоит. Люди, которые могут навязать свою волю. Они сами добавляются в друзья к детям. Может спокойно так случиться, что в какой-то момент именно человек оттуда станет авторитетом и запретит под страхом шантажа рассказывать что-то родителям.<…> Родители зачастую даже не знают, как говорить с детьми об этих черных дырах в интернете».

Как от этого защищают детей в мире? В первую шестерку способов контроля родителей за детьми в интернете входят следующие:

  1. Родителей, проверяющих, какие вебсайты посещал их ребенок, — 61%.
  2. Проверяющих профиль своего ребенка в соцсети — ​60%.
  3. Просматривающих журнал звонков и SMS своего ребенка на телефоне — ​48%.
  4. Использующих опцию родительского контроля на компьютере для блокировки, фильтрации или мониторинга — ​39%.
  5. Использующих опцию родительского контроля на мобильном телефоне — ​16%.
  6. Использующих инструменты мониторинга на мобильном телефоне, чтобы определить, где находится ребенок, — 16%.

Мы попросили школьников, которые выпускают в «Новой газете» вкладку «Параллели», прокомментировать ситуацию. Спросили их: как они относятся к тому, что родители следят за безопасностью детей в интернете, какой из способов контроля их особенно раздражает, какой приемлем?

Спросили и затаились в ожидании бури негодования. Нам ответили Андрей Петушков, Аня Синицына, Алевтина Тихонова и Аня Богомолова. Ребятам от 15 до 17 лет. Им не понравилось то, что изначально не понравилось бы никому, независимо от возраста. Прежде всего пункт третий вышеприведенного списка — ​то, что делает чуть ли не половина родителей в мире — ​48%Ребята назвали этот способ

«неэффективным и грубым, потому что родители откровенно вторгаются в личную жизнь ребенка, нарушают его личное пространство, которое необходимо каждому человеку. Что пишет один человек другому — его личное дело. В конце концов, у каждого должно быть право на частную переписку».
Что приемлемо? «Более или менее действенный способ — программы, блокирующие различные сайты с сомнительными видео и изображениями. Он наименее «назойливый».
Что нормально? «Нормально, когда родители смотрят, какие сайты посещал ребенок, ставят родительский контроль, добавляются в друзья, да и вообще — следят за онлайн-жизнью ребенка, ведь они просто хотят обеспечить безопасное пребывание детей в интернете. (С такой позицией один из четверых наших респондентов был не согласен. — ​Г. М.Наверное, главное, чтобы это не переходило в какой-то очень уж жесткий контроль и лишение ребенка выбора сайтов, которые безопасны».

Я прошу продолжить тему доктора психологических наук, членкора РАО, профессора факультета психологии МГУ, директора Фонда Развития Интернет Галину Солдатову:

Фото: Юрий Машков / ТАСС

— Позиция школьников достаточно здравая и, что очень важно, — ​ответственная. Они останавливаются на двух важных моментах. Первый: интернет сегодня — ​частая причина конфликтного столкновения права ребенка на защиту и права ребенка на участие в жизни современного общества, охрану его личных границ.

— Как это решается? И в каком возрасте детям разрешено регистрироваться в социальных сетях?

— По данным исследования Фонда Развития Интернет 2018 года, подавляющее большинство российских подростков (97%) пользуются социальными сетями. Самые популярные из них: «ВКонтакте» — ​91% и Instagram — ​67% опрошенных подростков. Отдельное внимание стоит уделить YouTube — ​самыми активными пользователями этого ресурса становятся младшие подростки 12–14 лет (83%).

Каждая социальная сеть устанавливает свое возрастное ограничение, например, «ВКонтакте» и Facebook указывают минимальный возраст регистрации — ​14 лет, Instagram и Google — ​13 лет. Но социальные сети, за исключением тех, что на территории Евросоюза, где пытаются внедрить новые правила, — ​

никак не проверяют достоверность персональных данных при регистрации пользователя. Очень часто мы наблюдаем феномен под названием «белая ложь», когда ребенок завышает свой реальный возраст.

25 мая в Евросоюзе вступил в силу регламент по защите персональных данных GDPR, призванный защитить и детей. Согласно новым правилам, сбор информации о лицах младше 13 лет (в некоторых странах ценз достигает 16 лет) запрещен без официального разрешения со стороны родителей и опекунов. Каждая страна ЕС может самостоятельно принять решение по поводу необходимого возраста регистрации в социальной сети (от 13 до 16 лет). Однако механизм сбора согласия родителей и опекунов до сих пор многим не очень ясен.

Социальные сети все еще адаптируются к новому законодательству. Например, Twitter решил соответствовать и заблокировал все аккаунты, которые принадлежали детям младше 13 лет. И даже те, которые были созданы в то время, когда подростку не было 13, но на момент вступления закона в силу он уже стал совершеннолетним. В Евросоюзе WhatsApp могут пользоваться дети только старше 16 лет, в других странах, если это не запрещено законодательством, — ​с 13 лет. Очевидно, что технически соблюсти все правила и не навредить остальным пользователям, достаточно сложно.

Есть второй момент — ​это взаимоотношения с родителями, которые складываются вокруг интернета. На самом деле школьники, которые по вашей просьбе комментировали способы, которые применяли родители для их безопасности, говорят о различных стратегиях родительской медиации. Сюда попадает и техническая медиация, когда родители пытаются использовать специальные технические возможности для блокировки нежелательного контента и для безопасного серфинга в Сети. Кстати, в этом аспекте наблюдается положительная динамика — ​за последние пять лет почти вдвое возросло количество родителей, использующих специальное программное обеспечение для безопасности детей в интернете.

— И это не становится поводом для конфликтов с детьми?

— Важно, чтобы родители не скрывали это от детей, а открыто использовали технические средства контроля и регуляции их онлайн-активности. Чтобы обсуждали с ними эффективность различных способов защиты персональных данных в интернете и обменивались опытом использования различных настроек конфиденциальности.

Например, среди технических стратегий медиации существуют родительский контроль и мониторинг, которые используют разные тактики — ​ограничивающую и разрешающую. Ограничивающая тактика, а именно родительский контроль, больше подходит для младших школьников, а для подростков лучше использовать мониторинг. Конфликтов не будет, если вырабатывать семейные правила пользования интернетом, в которых сочетаются и ограничивающие, и разрешающие аспекты, и эти правила должны касаться всех членов семьи, а не только детей. Нужно говорить с детьми об интернете как можно раньше, а именно: как только вы видите, что ваш ребенок в Сети, или сами подключаете его к Сети. Добавиться «в друзья» — ​также сразу, как только ребенок зарегистрировался в социальной сети. Все это эффективно, если происходит на основе доверительных отношений, с проявлением искреннего интереса со стороны родителей к тому, что их дети делают в интернете.

Мы сравнили наши исследования, которые провели в 2013 году, с исследованиями по проекту Российского научного фонда по цифровой социализации, проведенными в 2018–2019 годах, и увидели, что почти в два с половиной раза возросла доля родителей, которые используют активную медиацию. Если в 2013 году лишь каждый десятый родитель учил своего ребенка пользоваться интернетом, то в 2019 году внимание этому уделяет практически каждый третий. Все больше родителей объясняют своим детям, как поступить при столкновении с онлайн-рисками. Это связано с тем, что в родительскую пору постепенно вступают старшие представители «цифрового поколения». Поэтому родители становятся в целом «цифровизованнее» и ближе к детям. И расширяется диапазон способов и форм участия родителей в онлайн-активности детей.

— Это радующие, позитивные изменения, потому что еще недавно высказывались идеи о том, что нельзя рассказывать о рисках и угрозах для детей в интернете, так как перепуганные родители начнут им все запрещать.

— Число родителей, жестко контролирующих ребенка и ограничивающих всеми возможными способами время его пребывания в онлайн-пространстве, за пять лет почти не изменилось — ​оно не возросло, но и не уменьшилось. А вот количество родителей, которые стали больше времени проводить с детьми в интернете, как я уже говорила, возросло.

— Родители подростков, как правило, люди работающие, свободного времени у них мало — уследить за опасностью, которая коснулась ребенка, сложно.

— Нельзя не отметить проделанную за последние годы работу по «очистке» интернета. Показательна работа соцсети «ВКонтакте», которая удалила или заблокировала более 48 тысяч интернет-страниц с суицидальным контентом, детской порнографией, наркотиками. Помимо этого, самостоятельно российскими соц­сетями ограничен доступ к еще более чем 57 тысячам страниц, на которых распространялся запрещенный контент. Если говорить о тематике неподобающего контента, то суициды — ​та тема, по которой соцсети и поисковики сейчас выдают самые «безопасные» ссылки. Например, в 2011 году по запросу «суицид» в поисковой сети Google из 100 сайтов — ​30 были со скрытой пропагандой суицида, сейчас это 1 сайт из 100. В социальной сети «ВКонтакте» множество групп суицидальной тематики было закрыто в 2016 году после вашей публикации. Ситуация, связанная с «группами смерти» и «синими китами», привлекла повышенное внимание, и жалобы самих пользователей (зачастую и родителей, и педагогов, и просто неравнодушных людей) помогли закрыть многие группы. Кроме того, публикация практически сняла табу с проблемы «детского суицида», которая обычно в нашей стране замалчивалась.

Накопились позитивные изменения, и, безусловно, интернет на открытых площадках стал чище. Но ограничения, постоянный мониторинг и чистка этих открытых площадок — ​не панацея. Новые технологии развиваются быстрее, чем мы успеваем реагировать на ситуацию. Например, пользователи могут использовать закрытые площадки…

— Вот по поводу закрытых площадок: что могут сделать родители, которые сидят в «друзьях» у ребенка? Смотреть, кто добавляется? Но, к примеру, педофил, как мы уже знаем, представляется ровесником-школьником, и он завязывает беседу в личных сообщениях. Практика «групп смерти» показывает, что используются закрытые чаты. Что делать в такой ситуации? На сайте фонда «Измени одну жизнь» опубликованы советы психолога Елены Мачинской, и если очень коротко, то она, по сути, рекомендует говорить с ребенком прямо об этих угрозах. О том, например, что под видом детей в Сети могут скрываться люди, которые собирают эротические фотографии для перепродажи. Что еще можно сделать?

— Ситуации такого рода, к сожалению, нередки. Около 17% входящих релевантных звонков на горячую линию помощи «Дети онлайн» (это — ​проект нашего Фонда Развития Интернет, который специализируется на оказании информационной и психологической помощи детям и их родителям по вопросам безопасного использования интернета) как раз связаны с запросами по поводу проблемы онлайн-груминга.

Если родитель узнал о том, что такая ситуация произошла с его ребенком, то после того, как состоялся непростой разговор и семья решила действовать, необходимо сделать скриншоты всех переписок со злоумышленниками, собрать доказательства совращения. Потом уже родители могут с этими доказательствами обращаться в правоохранительные органы. Безусловно, с ребенком необходимо обсудить произошедшее, снять тревогу, рассказать ему, какие шаги будут предприняты по его защите. Наиболее сильный страх у подростков связан с угрозой их репутации. «Что будет, если преступник разошлет всем мои фотографии в обнаженном виде?» — ​спрашивают дети, оказавшиеся в такой ситуации. И тут необходимо проработать все варианты: не обнадеживать и не обещать напрасно, что никто ничего не узнает. К сожалению, преступники иногда выполняют свои угрозы и делают рассылку фото обнаженных детей или видео жертвы по аккаунтам и адресам одноклассников, учителей, родственников, либо могут отправить на какой-то фотохостинг.

Можно ли потом удалить или изъять это фото из открытого доступа? Как правило, это зависит от того, есть ли на изображении и на подписи к нему какие-либо персональные данные ребенка. Если есть, то можно обращаться в Роскомнадзор, а также в администрацию ресурса и просить их об удалении данных, поскольку они были распространены без согласия ребенка и его родителей. Также можно воспользоваться законом «О забвении» и попросить поисковики убрать из результатов выдачи ссылки на ресурсы, где содержатся такие персональные данные. Если же на фотографии не видно лица, то удалить ее, к сожалению, практически невозможно.

— «Цифровым» родителям, насколько я поняла из вашего рассказа, проще защитить детей от киберпреступлений.

— Конечно, у них больше шансов избежать рисков по сравнению с теми родителями, которые вовсе не интересуются тем, что их ребенок делает в интернете, с кем он общается, о чем сейчас, в данный момент, говорит. Но нет никаких гарантий, что дети «цифровых» родителей смогут избежать всех рисков и что не столкнутся, к примеру, с киберагрессией, травлей или шантажом в Сетях. К сожалению, реалии сейчас таковы. Интернет дал не только колоссальные возможности, но принес новые риски и угрозы, которые, соответственно, требуют новых способов совладания с ними. Например, дети отдают большее предпочтение виртуальному другу, а не реальному знакомому. Таким образом, можно говорить о новом для нашего времени феномене — ​«незнакомом друге», которого до эпохи социальных сетей никогда не было.

Причем это не единичное явление: у многих детей таких «друзей по переписке» почти половина от всех френдов. Чем старше ребенок, тем шире у него сеть таких контактов. С этими «незнакомыми друзьями» формируются особые отношения. К виртуальному другу за «психологической консультацией» обратятся две трети детей, а к знакомому — ​только треть. Доля тех, кто доверит ему тайну, более чем в семь раз превышает число тех, кто расскажет секрет кому-то в офлайне. Схожая ситуация наблюдается и в специфике эмоционального обмена: доля тех, кто делится с виртуальными друзьями переживаниями, более чем в 10 раз превышает процент детей, которые откроют свои чувства реальному знакомому, и только в два раза меньше, чем реальному другу. Все эти данные показывают, что «незнакомый друг» занимает в системе межличностных отношений подростков важнейшее место.

По данным нашего исследования,

за последние пять лет более чем в два раза возросло количество подростков с высокой онлайн-активностью (8 часов и более в сутки) — ​с 14% (каждый седьмой) в 2013 году до 33% в 2018 году.

Получается, что каждый третий подросток проводит онлайн треть своей жизни. Анализ онлайн-активности показывает, что современные школьники воспринимают интернет не как набор технологий, а как среду обитания, и сегодня это не мифическая виртуальная реальность, а полноценная часть их реальной жизни.

— 8 часов в сутки — это же уже зависимость?

— По данным исследования 2018 года, у двух из трех старших подростков 14–17 лет можно отметить склонность к чрезмерной увлеченности интернетом. В одном случае из десяти речь идет о выраженном и устойчивом паттерне. Поэтому в семейных правилах пользования интернетом ответственные «цифровые» родители должны оговаривать ограничение по времени изначально. Если этого не делать, то потом изменить ситуацию сложно: сегодня каждый пятый российский школьник признается, что не может сократить время, проводимое в интернете.

https://www.novayagazeta.ru/articles/2019/06/06/80806