Утром, 1 апреля, в квартире редактора «Клоопа» Анны Капушенко прошел обыск со стороны сотрудников Госкомитета нацбезопасности (ГКНБ). Это произошло, примерно, в 8 часов утра. Большая часть обыска проходила без присутствия адвоката. Несмотря на то, что Анна попросила следователей подождать прибытия юриста, сотрудники ГКНБ не стали его дожидаться и начали следственные мероприятия.

Позже спецслужбы вызвали Капушенко на допрос — сотрудница редакции была в здании ГКНБ в сопровождении адвоката Бакыта Автандила уулу, примерно, в 9:30 часов. С тех пор и до момента публикации этого заявления в 17:00 часов дня редакции ничего неизвестно о деталях допроса и статусе нашей сотрудницы.

Что точно известно:

•  Обыск связан с общественной работой Анны — вне работы редакции она состоит в комиссии, которая на общественных началах изучает жалобы на состоявшиеся тендеры со стороны проигравших компаний или лиц. Решения этой комиссии носят рекомендательный характер.

•  При обыске ГКНБ изъял личные вещи сотрудницы редакции. Это сотовый телефон и ноутбук.

•  Спецслужбы интересует то, почему комиссия отклонила жалобу со стороны немецкой компании, которая проиграла тендер на закупку бланков кыргызских паспортов.

•  Спецслужбы интересовались итогами тендера еще более месяца назад. Ранее Капушенко дважды ходила на беседы со следователями ГКНБ — они не предъявляли никаких обвинений в ее адрес, а интересовались работой комиссии.

•  Обыски прошли не только в доме Анны. Спецслужбы также обыскали квартиры других членов комиссии — например, дом юриста Нурзата Хусеинова.

Что пока неизвестно:

•  Неизвестно, в отношении кого именно идет разбирательство.

•  Неизвестно, что именно послужило основанием для обыска дома Капушенко.

•  Неизвестно, по чьей инициативе спецслужбы ведут проверки — по какой именно статье идет досудебное производство.

•  В каком статусе следователи допрашивают сотрудницу редакции. По оценке одного из юристов «Клоопа», самый вероятный статус Капушенко — это свидетель.

•  Неизвестно, связан ли допрос Анны с её профессиональной деятельность в качестве редактора «Клоопа». По оценке редакции, скорее всего, не связано.

ГКНБ допросил журналистку «Клоопа». Официальное заявление от редакции